– Доказана на все времена, – сказал Фараон. – Ты заслужил прощение. Можешь идти с миром.

Рех-Мара поспешил удалиться.

– А что это там ворочается у вас в мешке? Покажите мне, чужестранцы, – потребовал Фараон.

Ничего другого не оставалось, как показать ему Саммиэда.

– Заберите его, – приказал Фараон слугам. – Очень забавная обезьянка. Это будет прекрасным добавлением к моему собранию диких зверей.

И сколько бы ни умоляли ребята, и сколько бы ни кусался Саммиэд, ничего не помогло. Саммиэда унесли.

– Будьте осторожны! – кричала им вслед Антея. – Смотрите, чтобы на него не попала вода. – Она протянула им сумку. – Держите его в его священном домике.

– Это волшебное существо, – кричал им вслед Роберт. – Ему просто нет цены!

– Вы не имеете права его забирать! – позабыв про осторожность, вопила Джейн. – Это же просто разбой среди белого дня!

Все в ужасе замолчали. Затем Фараон проговорил:

– Возьмите у них священный домик для обезьянки. А их всех арестуйте. Сегодня после ужина я, может быть, соблаговолю ещё поразвлечься их волшебством. Стерегите их хорошенько и не пытайте – до времени.

– О господи, – всхлипывала Джейн. – Так я и знала. И зачем только мы пришли сюда.

– Заткнись, дурища, – рыкнул Сирил. – Ты сама так хотела. Это было твоё желание попасть в Египет. Замолчи. Всё как-нибудь обойдётся.

Их заперли в комнате, на этот раз не в подземелье. Это служило единственным утешением. Стены были красиво расписаны, при других обстоятельствах они с интересом бы их рассмотрели. У стены стояла низенькая тахта и несколько стульев.

Когда ребят оставили одних, Джейн облегчённо вздохнула.

– Ну, теперь мы можем вернуться домой.

– И оставить тут Саммиэда? – спросила Антея с упрёком.

– Погодите, – сказал Сирил. – Мне в голову пришла одна мысль. – Немного подумав, он стал стучать в тяжёлую кедровую дверь.

Дверь приоткрылась, в неё заглянул стражник.

– Прекрати дубасить, а не то… – пригрозил он.

– Послушайте, – сказал Сирил. – Вам, наверно, скучно стеречь нас и ничего не делать. Хотите, мы покажем вам кое-какое волшебство? Мы не гордые, мы творим волшебство не только для фараонов. Вам интересно? Показать кое-что, а?

– Ну что ж, – согласился стражник.

– Тогда принесите нам нашу обезьянку, а мы вас сумеем развлечь чудесами.

– Откуда мне знать, может, вы меня просто морочите? – сказал стражник. – Может, вы хотите просто, чтоб она меня искусала. Может, её зубы и когти ядовитые.

– Послушайте, – сказал Роберт. – Вы видите, у нас тут совсем ничего нет. Вы только закройте дверь и войдите через пять минут, и мы сотворим чудо… ну, к примеру, в комнате окажется волшебный живой цветок в глиняном горшке.

– Ну, если вы можете это сотворить, значит, вы всё можете, – заметил стражник.

Он вышел и запер за собой дверь снаружи.

Они быстро достали Амулет. Повернувшись вокруг своей оси, они определили восток. Амулет увеличился, и через его арку они вошли к себе в дом и вернулись с горшком расцветшей герани, которая стояла на окошке лестничной площадки в доме на Фитцрой-стрит.

– Ну? – сказал стражник, заходя в комнату. – Я думаю, вы… О! – воскликнул он точно громом поражённый.

– Мы можем сотворить еще больше чудес, – сказала Антея, – много, много больше, если только наша обезьянка окажется с нами. А вам вот – два пенса.

И она протянула ему монетки.

– Что это? – удивился он.

Роберт объяснил ему, насколько проще и удобнее расплачиваться деньгами, чем обмениваться товарами на базаре. Позже стражник отдал монетки своему капитану, а тот какое-то время спустя показал их самому Фараону, на которого мысль о деньгах произвела огромное впечатление. Вот так в Египте были впервые введены в оборот деньги. Я не знаю, поверите ли вы этому. Но если вы верите во всё остальное, то почему бы вам и в это не поверить?

– Вот о чём я думаю, – неожиданно сказала Антея, – сдержит ли Фараон своё слово насчёт рабочих-бедняков? Не отменит ли он своё распоряжение, только потому что он зол на нас?

– Нет, – успокоил её стражник. – Он вообще-то опасается всякого волшебства, так что обещанное вам он выполнит.

– Ну так принеси нам нашу обезьянку, а мы тебе покажем разные весёлые чудеса. Будь уж так добр, пожалуйста.

– Не знаю я, куда они девали вашу драгоценную обезьянку, но я, пожалуй, попрошу приятеля тут за меня подежурить, а сам пойду разведаю.