— Что ж, такое возможно. А вы как себя чувствуете, Виталий?

— Довольно бодро, — ответил Виталий. — Без этих лишних кило ощущаешь себя новым человеком. Но мне хотелось бы знать, как вы дальше поступите с нами.

— Присядем, — предложил врач, указывая на кресла, — Разговор предстоит деликатный.

— Да, да, — закивала Катерина.

Они уселись в мягкие кресла, и врач сказал:

— Видите ли, после того как наши пациенты проходят первый этап, мы предлагаем этап так называемого закрепления успехов. Вы две недели пьете еще один препарат нашего производства, и он стабилизирует ваш вес в приближении к идеальному для вас. Пройдя курс этого препарата, вы больше не будете полнеть. Никогда. Но есть небольшая проблема — препарат платный.

— К этому все и шло, — сказал Виталий. — Сколько мы должны будем вам заплатить? Раньше вы говорили «сколько не жалко», а что скажете теперь?

— Скажу то же самое и теперь. Две-три тысячи рублей не составят для вас проблемы?

— В принципе нет.

— Ну вот и хорошо. Есть еще одна деталь.

— Какая именно?

— Принимая этот препарат, вы подписываете документ, в котором всю ответственность за происходящие с вами изменения возлагаете на вас самих.

— Вот это новость так новость! Значит, препарат вреден?

— Ну почему обязательно вреден. Цитрамон вреден? Парацетамол? Если пить неразумно — то да. И еще. У каждого препарата есть побочные эффекты, даже у самого безобидного. Так и наш препарат. Он имеет некоторые побочные эффекты.

— Словом, уши и нос отвалятся.

— Ну что вы… Может быть небольшое головокружение, скачки давления, нерезкость зрения. Вас не должно это пугать. Препарат апробирован, и мы уже не считаем его экспериментальным. Но все-таки…

— Все-таки вы нам его советуете.

— Да. Советую. После того как вы добились таких успехов в похудении, вам следует эти успехи закрепить. И легкое недомогание не должно пугать вас.

— Хорошо. Мы согласны, — сказала Катя и полезла в сумочку за кошельком.

Виталий тоже достал бумажник.

— Минутку! Я еще не принес лекарство, — улыбнулся доктор.

Он вышел, и в его отсутствие Виталий сказал Кате:

— Неужели ты не боишься? А если мы окочуримся от этого препарата?

— Я боюсь. Но если бы ты знал, какими глазами в эти дни смотрела я на свое отражение в зеркале! Я себя человеком почувствовала. Больше того, я почувствовала себя женщиной! Меня, между прочим, стали замечать мужчины. Ради этого я готова даже окочуриться. Все равно жизнь толстяка — это не жизнь.

— Ладно. Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Рискнем.

Вошел врач и передал им две упаковки таблеток и синих блистерах.

— Принимать их следует совершенно спокойно, таблетки безопасны. По одной таблетке в день перед завтраком. И у меня к вам просьба — все это время ведите дневник. Отмечайте все странные ощущения, которые будете испытывать.

— Черт побери, это что, наркотик?

— Нет, конечно, успокойтесь! Просто… Мало ли что. По вашим записям мы будем составлять схему приема следующих препаратов. Лечение ожирения требует времени. То, что вы за две недели сбросили вес, еще ни о чем не говорит, понимаете?

— Понимаем, — сказали наши подопытные кролики.

Новые таблетки Виталий пил еще три дня, а потом… Потом он встретился со своей бывшей женой.

Заявление они подали тогда, когда внешне Виталий еще был фактически прежним. А тут Нинка пришла за оставшимися вещами и увидела, как кипарисово-стройный Виталий меняет в гостиной люстру. Нина чуть не села мимо стула:

— Виталенька, это ты или я грежу?

— Ты о чем?

— Ты стал худым.

— Ну и что?

— Ты выглядишь просто здорово. Я даже жалеть начала, что с тобой развожусь.

— Ничего, не расстраивайся. Внутри я все такой нее смурной и склочный тип.

— Да ладно тебе! — Нинка кокетливо засмеялась.

Виталий слез со стремянки, поглядел в лицо бывшей жены и увидел, что та перебарщивает с тональным кремом. Раньше он такого не замечал.

— Виталик, а Виталик…

— Что?

— Может, снова сойдемся? Ты теперь вон какой…

— Назад пути нет. Ты сама хотела развода, вот и добилась.

— Значит, ты совсем меня не любишь.

— А мне это надо? Сколько ты мне крови попортила, забыла уже, что ли?

— Ну ты тоже кровопийца тот еще.

— Вот и поговорили, — мирно сказал Виталий, ставя на пол старую люстру.

— А с чего это ты решил люстру менять?

— Захотелось.